Опыт Куршавеля Политика:
Опыт Куршавеля (читали: 1581 комментариев: 0)
Читать статью...
США продолжат шпионить за Ираном Военное:
США продолжат шпионить за Ираном (читали: 1426 комментариев: 0)
Читать статью...
Путча не было История:
Путча не было (читали: 3296 комментариев: 0)
Читать статью...

ЮнКлоб: Достойное поведение Действительно глупые какие-то. Нормальные бы сняли гибель на телефон и выложили бы в интернет.
zeloone: Контрнаступление Новороссии Есть ли военные специалисты? Горожанин-из-Барнаула утверждает что на фото в заголовке китайский БТР yw-531-c....
ЮнКлоб: Оглушительный провал спецопе Запад старательно закрывает глаза на истинные причины падения самолета. Это может говорить только об одном, - курс на в...
goijesi: Хабад как предвестник финала вернуть 5-ю графу в российский паспорт! За границей и в России я хочу быть русским!
goijesi: Лавину не остановить. скажи мне кто твой враг и я скажу - кто ты...

Идеология и иммиграция - 8 Января 2012 - НовостеМер

   Идеология и иммиграция

Рейтинг
Идеология и иммиграция

Продолжение интервью немецкого профессора Гуннара Хайнзона:

В XVI веке маленькие европейские страны, например, Португалия и Испания, начали завоёвывать крупные регионы мира. Существует ошибочное убеждение, что это случилось из-за перенаселения. Фактически никакого перенаселения не было: в 1350 году население Испании составляло 9 миллионов человек, а в 1493 году, когда начались завоевания — только 6 миллионов.

Однако в этот период в семьях отмечалось внезапное увеличение числа детей. Коэффициент рождаемости повысился от 2-3 детей в семье до 6-7 детей, после того как в 1484 году указом Папы было объявлено, что искусственное ограничение рождаемости наказуемо смертью. В результате средний возраст населения, составлявший 28-30 лет в 1350 году, снизился до 15 лет в 1493 году.

Теперь в семьях было слишком много мальчиков, не знавших, к чему приложить свои силы, и многие «предпочли» стать колонизаторами и завоевателями. 95% конкистадоров (в Испании их называли «secundones» — вторые сыновья) были очень молоды.

Они могли бы посчитать за грех уничтожать или притеснять побеждённые народы, но религиозные бонзы внушали им, что они не убийцы, а борцы за справедливость, что обязаны уничтожать язычников и грешников с чистой совестью и с позволения властей. Хайнзон называет этих завоевателей «христианистами», а не просто христианами, что позволяет провести аналогию с современными «исламистами» и мусульманами.

Хайнзон подчёркивает, что молодые люди ищут и с готовностью воспринимают идеологию, которая извиняет и освобождает их от ответственности: «Когда назреет момент, будут написаны новые религиозные брошюры и книги. Из этих святых книг, будь то Коран, Библия, «Mein Kampf», «Коммунистический манифест» и т.д., берётся то, что оправдывает вашу цель. Вы знаете, что будете творить насилие, но хотите, чтобы при этом совесть вас не мучила. Вы убиваете во благо идеи, а посему вы — праведник.

Но когда молодёжь перестаёт быть в демографическом перевесе, то к этим книгам, напечатанным в миллионах экземпляров, интерес полностью утрачивается: все уже знают, что, помимо идеологического мусора, там ничего нет. Однако в условиях демографического приоритета молодёжи эта самая молодёжь становится глуха к доводам рассудка и совести. Неправильные идеи не появляются из Священного писания, они создаются самими молодыми людьми, потому что им нужны неправильные идеи, чтобы оправдать свои действия. Следовательно, их невозможно остановить, объяснив, что их идеи неправильны. Движения не создаются неправильными идеями. Напротив, неправильные идеи рождаются в ответ на потребность движения. Исламизм создан не исламом, а молодыми мусульманами».

(Однако в исламе существуют для этого все мыслимые и немыслимые предпосылки: апология завоевания — вся земля принадлежит аллаху, и он даёт её лишь правоверным, алогичность текстов, их медитативный, а не интеллектуальный, дискурс, а также простые ответы на сложные вопросы, что, впрочем, характерно для всех религиозных конструкций.)

Иммиграционные проблемы Европы двойственны: с одной стороны — самые энергичные и талантливые уезжают, а рождаемость у оставшихся очень низкая; с другой стороны — иммигранты из стран третьего мира не имеют достаточного образования, а размножаются ускоренными темпами. Сейчас немцы, голландцы, французы эмигрируют из своих стран как никогда. Только из Германии ежегодно уезжают 150 000 человек, причём большинство из них едут в англо-саксонские страны. Каждый год Канада, Австралия и Новая Зеландия с готовностью принимают 1,5 миллиона образованных иммигрантов и делают все возможное, чтобы облегчить их въезд в свои страны.

Хайнзон не выказывает по этому поводу никакого удивления: «Неудивительно, что молодые трудолюбивые люди во Франции и Германии предпочитают эмигрировать, и не только потому, что на их плечи ложится обязанность «кормить» стареющее коренное население собственной страны. Если мы возьмём 100 двадцатилетних французов и немцев, то 70 из них также должны содержать 30 иммигрантов их собственного возраста, а также их отпрысков. Для многих это просто неприемлемо, особенно во Франции, Германии и Нидерландах. Именно поэтому они бегут.

Нынешние критерии Европы для принятия иммигрантов сводятся к следующему:

1) являются ли они жертвами дискриминации

2) имеют ли они уже родственников в Европе

3) если они въехали в Европу нелегально, они должны быть легализованы, и

4) — наименее важный — иммигрант должен быть востребован рынком труда.

Германия — только один пример потери миллиардов из-за недостатка квалифицированной рабочей силы. Там имеется 2 миллиона доступных вакансий, которые некем заполнить, и в то же время на социальных программах сидят 6 миллионов иждивенцев. Во Франции на каждую женщину приходится двое детей, однако из каждых пяти новорождённых два ребенка рождены арабскими или африканскими женщинами. В Германии 35% всех новорожденных не являются немцами, 90% тяжких преступлений совершается не немцами.

В Тунисе на каждую женщину приходится 1,7 ребёнка. Во Франции она может позволить себе иметь шестерых детей, потому что французское правительство платит ей щедрое пособие на каждого.

Канадская иммиграционная политика диаметрально противоположна европейской: каждый новый канадец, приезжающий из-за границы, должен отвечать достаточно высоким образовательным и профессиональным критериям. В результате 98 из 100 канадских взрослых иммигрантов имеют лучшую профессиональную квалификацию, чем средний канадец. В Германии и во Франции аналогичный показатель составляет всего 10%.

В Европе все пошло по неправильному пути где-то в начале 1980-х. В Германии крупные изменения пришлись уже на 1990-е годы, когда иммиграция стала массовой: между 1990 и 2002 годами в Германию въехали 13 миллионов иммигрантов, из которых большинство — неквалифицированные рабочие. То же самое произошло и во Франции. Снять такое тяжёлое бремя всеобщего благоденствия с государственного бюджета можно только через законодательство. Нужно принять закон, согласно которому дети, рождённые после оговорённой даты, должны быть на содержании не у государства, а у своих родителей. Это будет революция. Но такой революционный путь в Европе даже не обсуждается».

Профессор Хайнзон отнюдь не оптимистически смотрит в будущее и мало что может посоветовать. Он хотел бы видеть большую иммиграцию из Китая, но при этом признает, что образованные китайцы вряд ли будут стремиться жить в стране, где им придётся кормить столько иждивенцев.

Он отвергает возможность вооружённого сопротивления в том случае, если экономика европейских стран рухнет под давлением бездельников-иммигрантов: «А кто же останется, чтобы бороться? Вся молодёжь к тому времени уедет». Профессор приводит результат общественного опроса, проведённого в 2005 году в Германии: 52% из возрастной группы 18-32 хотят уехать. Единственные, кто остаются верными и лояльными поборниками нынешнего социального устройства во Франции, в Голландии, в скандинавских странах и в Германии, это живущие «на социале». Они признают: «Нигде в мире о нас так заботиться не будут».

Я со всем согласен. К сожалению, причин для оптимизма относительно будущего Европы слишком мало. Я могу лишь надеяться, что Америка не будет следовать примеру европейцев. И что у нас ещё есть время понять, что система, которую в настоящее время мы пытаемся внедрить, предусматривает предпочтение для талантливых, интеллектуальных, образованных и способных. И что эта система заложит основу нашего будущего, которое может быть гораздо более светлым, нежели то, которое грозит старой Европе — континенту проигравших.




Просмотров: [ 1698 ]

Настоящий материал самостоятельно опубликован в нашем мультиблоге пользователем PutciAm на основании действующей редакции Пользовательского Соглашения. Если вы считаете, что такая публикация нарушает ваши авторские и/или смежные права, вам необходимо сообщить об этом администрации сайта - как это сделать, описано в том же Пользовательском Соглашении. Нарушение будет в кратчайшие сроки устранено, виновные наказаны.


Внимание! Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Хостинг от uCoz